Посольство Российской Федерации в Республике Беларусь
Тел: +375(17) 2333590, консульский отдел:+375(17) 2224984, 2224985
Для связи в случае чрезвычайной ситуации: +375(29) 7700762
/ График работы Посольства: 09:00—18:00
16 ноября / 2018

Ответы Посла России на вопросы журналистов

Михаил Бабич, во время посещения торжественного заседания по случаю 90-летия Национальной академии наук Беларуси ответил на вопросы журналистов.

- Недавно Александр Лукашенко озвучил предложение по трем кандидатурам на пост Генерального секретаря ОДКБ, при этом, армянская сторона настаивала, чтобы это снова был представитель Армении. Какова позиция Российской Федерации по данному вопросу?

- Позицию Российской Федерации по этому вопросу озвучивает Президент России – это его исключительная компетенция, а в рамках ОДКБ это исключительно компетенция глав государств. Как вы знаете, 6 декабря запланировано следующее заседание ОДКБ, даже не имеет значение дата и место, а имеет значение, что это, конечно, будет коллегиальное решение, которое будет принято прежде всего в интересах самой организации. Будет учтена вся совокупность факторов, которые складывались в данной ситуации, и будет принято взвешенное, обоснованное решение в интересах всех участников ОДКБ.

- Скажите, в какой стадии находится вопрос о компенсации для Беларуси в связи с налоговым маневром в России и какой вариант может быть более предпочтительным, чтобы это был межбюджетный трансфер или же, чтобы эта скидка была зафиксирована в цене на нефть?

- Во-первых, надо уйти от термина компенсация, компенсировать должен тот, у кого кто-то что-то забрал, или, кто-то кому-то что-то должен. На самом деле надо знать, что в рамках ЕАЭС есть очень правильное понятие - равные условия хозяйствования. В рамках этой парадигмы развивается вся наша экономическая логика. Трансфер это будет или какие-то субсидии… Мы, вместе с нашими белорусскими партнерами, сегодня активно обсуждаем, что от сырьевых моделей в различных формах взаиморасчетов – от них надо уходить. Все должно быть прозрачно, все должно быть понятно. Наши партнеры должны точно понимать по времени, по срокам, по объемам, когда, что и как будет поступать в белорусский бюджет. Российский Минфин тоже должен понимать набор средств и объем поддержки, который может быть оказан в рамках наших общих экономических задач. Поэтому, исходим из того, что это будет в виде прямых межбюджетных отношений, логика эта будет и дальше развиваться в таком разрезе. Относительно расчетов в 2019 году, конечно, это нужно постараться сделать до конца текущего года, для того, чтобы бюджетный процесс и в Российской Федерации, и в Республике Беларусь был синхронизирован в этой части. Что касается остальных периодов, сейчас идут активные консультации между министерствами финансов и министерствами энергетики, т.е. идут расчеты, чтобы выработать взаимоприемлемые решения.
Еще важно сказать, что ситуация накладывается на то, что в 2019 году нам предстоит принять целый ряд решений в рамках договоренностей по ЕАЭС. Вы знаете, что в 2019 году будут приняты решения по единому рынку электроэнергии, с 2025 года мы должны перейти на единый рынок газа, нефти и нефтепродуктов. И это все решения, которые будут приниматься в 2019 году. Поэтому надо в совокупности посмотреть на все эти вопросы и учесть их при планировании на среднесрочную перспективу.

- В сентябре, после встречи с Президентом России, Александр Лукашенко заявил, что до конца года стороны разрешат все спорные вопросы в двусторонних отношениях. Разделяете ли Вы сегодня этот оптимизм и по каким вопросам не получится договориться?

- А разве они остались? Я считаю, что у нас спорных вопросов практически нет. Да у нас есть рабочие вопросы нашей текущей работы, которые мы достаточно успешно решаем. Буквально два дня назад завершилась работа Группы высокого уровня. По большому счету, все вопросы, которые мы обсуждали нашли взаимоприемлемые решения. Соответственно, те решения, которые должны были быть приняты – они сегодня приняты. Те решения, которые требуют дополнительной проработки - мы проговорили и прописали алгоритм этой проработки. И сегодня мы в плановом формате с нашими коллегами работаем, и считаю, что спорных вопросов у нас не осталось. А то, о чем президенты договорились, мы уже практически за это время реализовали.

- Более пяти лет назад Беларусь и Россия составили предварительный перечень совместных интеграционных проектов в промышленности. Их было пять на тот момент. С тех пор реализация как-то тормозилась. Были заявления о том, что проект с минским заводом колесных тягачей уже не актуален из-за желания КамАЗа выпускать собственную платформу. На данный момент существует ли актуальный перечень, какие проекты в него входят и на какой стадии находится их реализация?
  
- Желание КАМАЗа появилось несколько позже, после того, как не получился совместный проект с МЗКТ, но важно другое. Безусловно, огромный потенциал есть в развитии совместного промышленного потенциала, и мы сейчас действительно актуализировали этот перечень предприятий. Мы ведем переговоры и организовываем переговорную площадку между министерствами промышленности России и Беларуси, между другими ведомствами и корпорациями, заинтересованными в развитии сотрудничества, и нацелены на то, чтобы действительно сформировать, как вы правильно сказали, перечень приоритетных инвестиционных или совместных проектов для того, чтобы Союзное государство имело общий промышленный потенциал, общую систему кооперации, единую систему сбыта. Причем, конкурировать нужно научится не на внутреннем рынке Союзного государства, а создать условия для того, чтобы конкурировать на внешних рынках. Это стратегическая задача, которой мы сейчас занимаемся.

- Еще один вопрос. Появится ли в Беларуси еще одна российская военная база с учетом того, что, в принципе, вопрос о размещении в Польше военной американской базы уже практически решен. Хватит ли нынешнего военного потенциала Беларуси и России для того, чтобы обеспечить обороноспособность Союзного государства?

- А как он в Польше уже решен? Ну, вот, как раз почему я на этом акцентировал внимание. Я не так дано работаю в этой должности, но и на предыдущей я слышал эти разговоры. Все время идет разговор, такой длинный политический сериал о размещении некой российской военной базы. Могу в этой связи ответственно заявить: начиная с 2015 года, никто ни в открытом, ни в закрытом режиме никаких предложений по размещению российской военной базы в Республике Беларусь никому не делал. Поэтому все остальные разговоры – это уже специальный жанр появился, который сейчас по какой-то своей логике и развивается. Это первый момент.
Второе. Почему я сказал «с 2015 года»? Потому что в диапазоне 2012-2015 годов альянс НАТО вел активную политику в этой части, начиная от расширения НАТО на восток, и до размещения различных военных объектов вблизи границ Союзного государства. И действительно тогда вырабатывались различные решения по симметричному ответу на эти действия. Но эти решения были приняты в другой конфигурации, с учетом той дислокации уже действующих российских группировок, которых вполне достаточно для того, чтобы сегодня не просто купировать угрозу совместно с Вооруженными Силами Республики Беларусь, а нанести неприемлемый ущерб любому противнику в любой ситуации. Я не буду вдаваться в военные подробности, но что важно, они все очень хорошо известны нашим так называемым партнерам по НАТО, и именно поэтому они тогда остановились.
Следующий момент. Конечно, в разные периоды времени, в разных государствах, при разных обстоятельствах к власти приходят разные люди. Кто-то строит свою политику на откровенной русофобии, кто-то на гонке вооружений, кто-то на мнимой российской военной угрозе. Но мы же не можем на каждый чих открывать по военной базе. Мало ли, кто чего сказал, и кто там что заявил. Мы внимательнейшим образом анализируем ситуацию, внимательнейшим образом прогнозируем развитие событий, и я вас уверяю, что сегодня все планы по ответному удару, по ответным действиям в случае какой-либо агрессии или угрозы применения вооруженных сил против Союзного государства Верховными главнокомандующими согласованы и выверены. Об этом тоже хорошо известно потенциальному противнику, поэтому сегодняшний паритет сил позволяет решить любую задачу. Малейшее его изменение повлечет очень жесткие ответные действия. Об этом тоже всем хорошо известно. Поэтому, думаю, что с политической повестки этот вопрос нужно снять и исходить из тех военных реалий, которые сегодня существуют. И это известно, как в Союзном государстве, так и тем, кто строит какие-либо планы агрессивных действий в отношении наших стран.

- В продолжение темы военного сотрудничества. Ранее Александр Лукашенко говорил о том, что ракетное вооружение может появится в Беларуси в случае активности НАТО. Готова ли Россия как-то содействовать в этом вопросе?

- Во-первых, насколько нам известно, как союзникам, ракетное вооружение в Беларуси есть, - это первое.
И второе, я не буду опять же вдаваться в военные подробности, могу сказать только одно, что любая помощь, а это даже не помощь, это наши союзнические обязательства, которые потребуются Республике Беларусь - будут безусловно выполнены. Мы не разделяем себя с Беларусью в военном плане. Это единые совместные планы военного применения. Любая необходимая помощь будет оказана в той должной форме и мере, которая будет соответствовать развивающейся ситуации. Поэтому точно абсолютно все в Беларуси должны быть спокойны, а те, кто вынашивает такие планы, лучше им этого не делать.

- На какой стадии находится российско-белорусское соглашение о взаимном признании виз? Может быть какие-то сроки обозначены и может ли оно быть подписано до конца года?

- Я уже осторожно отвечал на этот вопрос месяца полтора назад, но могу только повторить, то что сказал.
Высокая степень готовности. Очень многое сделано, буквально за последние полтора месяца пройден очень серьезный путь, и большое спасибо нашим белорусским партнерам, которые двигаются в этом направлении, и с российской стороны сделано все для того, чтобы в самое ближайшее время соглашение было подписано.
Это очень важный документ, даже не столько документ, сколько наш совместный механизм с точки зрения реализации единой миграционной и визовой политики.

- В провозглашенных республиках ЛНР и ДНР 11 ноября прошли выборы глав и депутатов народных советов. В Киеве и ряде стран Запада отказались признавать право республик на проведение выборов, считая, что они идут вразрез с Минскими соглашениями. В Москве проведение выборов назвали целесообразной в настоящих условиях мерой. Как, по Вашему мнению, стоит ли рассчитывать на то, что итоги голосования признают страны СНГ, партнеры России?

- Знаете, здесь не совсем корректно говорить о позиции стран СНГ. Это дело каждого суверенного государства, как к этому относиться и какую позицию занимать. Я могу прокомментировать российскую позицию. Она очень простая и понятная. Во-первых, уже несколько лет не исполняются Минские соглашения. Безусловно, не исполняются исключительно по вине киевских властей и, по большому счету, ни один пункт из Минских соглашений, в той последовательности, которая там прописана, сегодня не исполняется. При этом, народ, что в донецкой республике, что в луганской, они же не могут жить в безвоздушном пространстве. У них есть свои органы власти, легитимно избранные населением этих территорий, есть свои лидеры, которым они доверяют в этой части, и этих лидеров одного за другим с регулярностью ликвидируют. Кто ликвидирует, по каким причинам, нам это тоже хорошо известно и понятно. В этой ситуации, с точки зрения проведения выборов в Донецке и Луганске – это минимальная необходимость для этих территорий, на которых проживает большое количество людей, для того, чтобы эта территория управлялась и люди могли нормально полноценно жить в рамках действующих законов, которые там сегодня существуют. Поэтому, конечно, Российская Федерация исходит из того, что люди на этих территориях имеют право выбирать свою власть и те, кто продолжают эти террористические акты в отношении представителей власти, они должны понимать, что как бы не накликать беду, чтобы это не вернулось в их дома, потому, что люди максимально напряжены, людей лишают последней возможности для нормального мирного существования.
Донецк и Луганск ни на кого не нападает, никто никому жить на сопредельных территориях не мешает, а у них в одностороннем порядке постоянно происходят теракты, которые лишают людей возможности жить нормальной человеческой жизнью.

Яндекс.Метрика