Посольство Российской Федерации в Республике Беларусь
Тел: +375(17) 2333590, консульский отдел:+375(17) 2224984, 2224985
Для связи в случае чрезвычайной ситуации: +375(29) 7700762
/ График работы Посольства: 09:00—18:00
07 апреля / 2014

Найти точки опоры. Т.В.Псарева и А.В.Грешников на "круглом столе" по проблематике ЕАЭС

Найти точки опоры



Газета «Звязда» 07.04.2015.

Эксперты обсудили проблемы развития ЕАЭС и роль Беларуси в их решении.

Уже несколько месяцев Беларусь находится в составе Евразийского союза, и первые проблемы дают о себе знать: изъятия и ограничения, несогласованная промышленная политика, информационные конфликты. Никто и не говорил, что будет легко и что экономическую выгоду страны получат практически сразу же по созданию объединения — это долгосрочная перспектива. Как научиться находить взаимовыгодные компромиссы в рамках ЕАЭС, какова роль Беларуси в этом интеграционном объединении, что следует предпринять нашей стране для защиты своего имиджа и своих интересов в информационном пространстве, каким должно быть сотрудничество между Евросоюзом и ЕАЭС? Этими вопросами задались участники экспертно-медийного «круглого стола» «Республика Беларусь в Евразийском экономическом союзе», который был организован в Издательском доме «Звязда».

В обсуждении приняли участие Сергей КИЗИМА, доктор политических наук, заведующий кафедрой международных отношений Академии управления при Президенте; Антон КУДАСОВ, заместитель министра экономики Республики Беларусь; Алексей САМОСУЕВ, начальник управления евразийской интеграции Министерства иностранных дел Республики Беларусь; Леонид РЫЖКОВСКИЙ, начальник управления электротехнической, оптико-механической и приборостроительной промышленности Министерства промышленности; Андрей ГРЕШНИКОВ, первый секретарь посольства Российской Федерации; Татьяна ПСАРЕВА, первый секретарь посольства Российской Федерации; Юрий ШЕВЦОВ, директор Центра проблем европейской интеграции.


7-11 Сергей КИЗИМА:

— Мы уже третий месяц находимся в Евразийском союзе. Конечно, у нас были грандиозные замыслы: Евразийский экономический союз создавался, чтобы каждая из стран могла эффективно наращивать свой экспорт, удешевлять импорт. Возлагаются надежды на то, что со временем у нас в результате евразийской интеграции будет высокотехнологичный экспорт, что мы перейдем к более высокой добавленной стоимости наших товаров… Это, конечно, пока отдаленные планы, но уже через год-полтора мы сможем проанализировать, что же дало нашим странам создание ЕАЭС. Конечно же, хотелось бы больше инвестиций, более успешного развития логистики, чтобы те десятки логистических центров, которые мы построили в Беларуси, работали, не закрываясь на ночь. По факту же, к сожалению, у нас достаточно неоптимистичные показатели. По январю первые цифры белорусского товарооборота с Россией показывают, что он упал более чем на 30%, с Казахстаном — более, чем на половину. В общем, данные за первый месяц не радуют. Хотелось бы обсудить не только препятствия, которые есть на пути увеличения товарооборота, инвестиций, высоких технологий, но и пути повышения качества экспорта каждой из стран-участниц.


Антон КУДАСОВ:

— Одна из целей создания ЕАЭС — упрочение, усиление его места в мире. А через него — усиление роли отдельных стран. Это не просто решение каких-то региональных задач во взаимной торговле.

Евросоюз, пройдя определенный путь, добился того, что для его участников торговля внутри объединения составила порядка двух третей от общего объема торговли, у нас пока показатели значительно ниже. Цифры нашей взаимной торговли находятся в районе 60 миллиардов долларов. Для сравнения: порядок цифр во внешней торговле товарами только Российской Федерации — примерно 800 миллиардов. Над этим тоже следует работать. Особенно, если провозглашаются цели по импортозамещению…

На достаточно высоком уровне говорили о том, что в ЕАЭС целесообразно использовать опыт Евросоюза. Нашей работой в 1990-е годы было сотрудничество с европейскими экспертами, после мы занимались осмыслением полученной информации. Затем мы предложили партнерам использовать часть европейского опыта. К примеру, по взаимному признанию соответствия товаров.

Напомню, взаимное признание в Евросоюзе означает, что та продукция, которая хороша для Франции, обязана свободно, без каких-либо разрешительных процедур, продаваться и в Германии. То же самое должно быть и у нас. Например, белорусское или российское лекарство должно иметь право на свободное обращение. А ведь это не было принято. Сегодня мы идем по другому, более длинному пути. Его представляет антипод вышеназванной концепции взаимного признания — концепция унификации законодательства. Но ведь законодательство Беларуси, России и Казахстана — это тысячи нормативных актов. Это огромная работа для парламентов, правительств, министерств.

Действительно, надо брать лучшее, изучать это и внедрять. Думаю, когда-нибудь мы к этому придем. К примеру, что касается наднациональных институтов, то их названия и частично структура уже копируют европейские: суд, комиссия…

В то же время у нас в ЕАЭС пока идет процесс некоего привыкания друг к другу. Не всегда мы хорошо были осведомлены о том, какую роль играет в союзе та или иная страна. К примеру, на каком-то этапе в российских СМИ начала муссироваться тема некоего нахлебничества Беларуси в ЕАЭС как получателя или, скорее, соискателя каких-то преференций. Это аргументировалось тем, что, мол, Беларусь получает все беспошлинно и по более низкой цене. Но при этом надо понимать, что все эти льготные условия, которые нам предоставляются, каждый год оборачивались для нас торговым дефицитом с евразийскими партнерами, прежде всего с Россией. Дефицит в разные годы составлял $8-10 млрд — то есть именно таким количеством валюты мы ежегодно снабжаем соседнюю страну. Недавно помощник президента Российской Федерации озвучил очень интересную фразу в отношении Украины. Говоря о соглашении между Украиной и Евросоюзом, он сказал следующее: для Украины это соглашение проблемно в силу наличия дефицита в торговле с ЕС. По его словам, размер этого дефицита составляет порядка $5 млрд. По сути, считает экономист, это означает откачивание ресурсов из Украины. Если эту логику распространить в отношении интеграции, это значит, что 20 лет из нас откачивают ресурсы. Как вы понимаете, если 5 млрд для Украины немало, то 10 для нас — это значительно больше. Тем не менее, как это ни парадоксально, интернет-СМИ периодически показывают нас в качестве потребителя чьей-то поддержки. Наверное, мы мало делаем, чтобы опровергнуть это.


Алексей САМОСУЕВ:

— Все-таки три месяца — это совсем незначительный срок, чтобы говорить о каких-то итогах, поэтому давайте наберемся определенного терпения. Сейчас год председательства Беларуси в Евразийском союзе. Нам, как первопроходцам, немного тяжеловато, тем не менее необходимо найти точки роста — то, что поможет движению вперед всех наших стран. Наверное, недавняя встреча президентов Беларуси, Казахстана и России в Астане способствовала поиску ответов на эти злободневные вопросы: как в условиях, вызванных, в том числе, внешними факторами, найти то, что поведет. Прозвучала мысль, что это внутренние ресурсы.

Как ни банально, наша главная задача сейчас — поверить в самих себя. Потому что все-таки экономический союз создавался не для того, чтобы нарастить объем товаров, услуг из третьих стран, а чтобы развивать торговлю внутри самого объединения. Мы выходим на промышленную кооперацию, на единую экспортную политику. Что мешает нам — белорусам, россиянам, казахам — собраться за столом и хотя бы вычленить производства, которые где-то друг друга дублируют; попытаться найти те производства, которые есть у нас и благодаря которым мы могли бы успешно заместить импортные товары. То есть, задача номер один — это поверить в собственные силы. Вполне вероятно, именно это и сможет стать тем катализатором, который превратит наше объединение в истинно экономический союз.

Возвращаясь к теме Европейского союза. У нас есть прогресс в переговорах с Вьетнамом, активно развиваются отношения с латиноамериканским объединением МЕРКОСУР. На этом фоне, конечно, вдвойне обидно, что у нас пока никакого прогресса с нашим самым близким экономическим партнером в лице Европейского союза. Тут, в первую очередь, основную роль играют факторы политические и идейные, но это не значит, что мы должны сидеть сложа руки. Поэтому просто-напросто своими экономическими действиями будем доказывать, что мы действительно экономический союз. Исходя из этого, и будем укреплять наше международное позиционирование.


Леонид РЫЖКОВСКИЙ:

— У нас пока принят основной документ — это договор о самом союзе. Естественно, он должен «обрасти» другими нормативно-правовыми актами, которые будут способствовать большей степени интеграции наших производств.

Работа по интеграции ведется и в настоящее время, но не достигнуты те результаты кооперации, которые могли бы быть уже с нашими странами.

В рамках ЕЭК разрабатываются основные направления промышленного сотрудничества, которые определяют конкретные отрасли для развития в рамках Евразийского экономического союза — чтобы исключить дублирование, внутреннюю конкуренцию, скоординировать выход на рынки друг друга и на рынки третьих стран. Эта приоритетная работа идет, но пока что именно на уровне законодательства. Чтобы ей воспользоваться, нашим производственникам нужно время.

Российский рынок для промышленных предприятий основной, есть заинтересованность третьих стран в сотрудничестве с нашей страной. Значит, для Беларуси участие в ЕАЭС, в частности в создании зон свободной торговли, перспективно. Сейчас идут переговоры с Вьетнамом. Создание зон свободной торговли даст возможность продукции членов ЕАЭС, в том числе и Беларуси, выйти на рынки этих стран.


Андрей ГРЕШНИКОВ:

— Существует несколько уровней интеграции. Первый из них — глобальный. Он обеспечивает создание условий для общего взаимодействия сторон. Примером этого может стать визит председателя КНР в Беларусь, который планируется в мае текущего года, и уже прошедшая встреча президентов Беларуси, России и Казахстана 20 марта в Астане, на которой были согласованы совместные антикризисные планы. Это важный аспект потому, что подобные планы предполагают конкретные решения для ускорения развития экономик государств, которые участвуют в интеграционном процессе.

Второй — это уровень межгосударственного регулирования, где как раз обеспечивается наработка всех решений и синхронизация законодательства. Хоть это и долгий процесс, но все-таки необходимый. Иначе мы и дальше будем сталкиваться с мясными, молочными и другими экономическими препятствиями. До конца года Евразийской экономической комиссией планируется принять более 400 документов, которые также будут способствовать развитию сотрудничества наших стран на межгосударственном уровне.

В апреле текущего года в Ереване планируется заседание Консультативного комитета по финансовым рынкам Евразийской экономической комиссии. То есть уже идет процесс обсуждения валютно-финансовых проблем, которые были обозначены на мартовской встрече президентов. Кроме того, сейчас мир быстро меняется, и валютно-финансовый центр перемещается в Азию. Глобальные процессы существенно меняют обстановку и условия, в которых мы развиваемся. И это также требует внимания и обсуждения. И главное — конкретных действий.

И третий уровень — исполнительный. Точнее, межрегиональный. Это как раз тот уровень, на котором происходит основное взаимодействие между субъектами стран. И в этой сфере уже есть успехи. К примеру, постоянно ведутся встречи между губернаторами Российской Федерации и руководителями областных исполнительных комитетов Беларуси. И если есть где-то большой провал в товарообороте, то они договариваются о возобновлении дополнительных производств, совместно ищут выход из сложившейся ситуации. А с некоторыми российскими областями, как, например, с Курской, товарооборот с Беларусью за прошлый год значительно увеличился, несмотря на кризис и санкции против России. И я считаю, что межрегиональный уровень — основной. Он база нашей совместной интеграции.


Татьяна ПСАРЕВА:

— Евразийская интеграция — это, прежде всего, возможности, которые должны стать базисом развития четырех свобод передвижения — товаров, услуг, капитала и рабочей силы.

Есть, конечно, и проблемы, и спорные моменты в интеграционном процессе, но на начальном этапе развития они нормальны. Опыт Евросоюза тому пример. Открытие рынков рабочей силы в приграничных регионах Франции и Германии, заключение первых контрактов между предприятиями европейских стран, изменения законодательства на самом нижнем, муниципальном, уровне. Все эти шаги в ЕС также сопровождались необходимостью решения различного рода проблем. Они есть там и сейчас, но это не останавливает их интеграционный процесс. Однако независимо от возникающих проблем и их постепенного решения, интеграция делает экономику более привлекательной для внешних соседей. Любая интеграция означает, что на территории этого объединенного пространства есть определенное развитие конкуренции.

ЕАЭС сегодня проходит сложную стадию своего экономического становления. Но у нас имеется огромный опыт регионального сотрудничества наших стран, которым можно и нужно воспользоваться. Интеграция не имеет целью изменять направления экономического развития, увеличивать товарооборот или трудовую миграцию. Интеграция должна восприниматься как фактор развития предпринимательства за счет конкурентных возможностей и повышения качества своего производства, привлечения новых инвестиций и роста профессионального уровня работников.

В настоящее время одновременно с работой ЕЭК на законодательном уровне необходимо проводить работу, направленную на прозрачность национальных законодательств (налоговой, финансовой, промышленной и т.п. политики). Это позволит привлечь инвесторов, увеличить рынки сбыта как внешние, так и внутри ЕАЭС.


Сергей КИЗИМА:

— Меня тревожит, что мы занимаемся теми вещами, которые Европейский союз делал 20-30 лет назад. Вместо того, чтобы взять имеющийся опыт и применить его под наши нужды, особенности экономики, мы заново изобретаем велосипед. А заниматься надо другим. В мире сейчас около 100-105 тысяч транснациональных корпораций. Через 5 лет их будет уже 115-120 тысяч. У нас нет программы ни национального масштаба, ни в рамках ЕАЭС, чтобы знать, сколько из них будут иметь штаб-квартиры в наших странах, и помочь этому процессу. Между тем в этом весь смысл будущего преуспевания либо проблем каждой страны — участницы союза. Приведу в качестве иллюстрации несколько цифр. В Германии 20 штаб-квартир крупнейших транснациональных корпораций из 500 в мире, в Нидерландах — 12, ну а в Греции — 0. Смотрим на уровень их развития. Ответ очевиден. И пока мы решаем проблемы мелкого и среднего бизнеса, а не пытаемся создавать сотни новых ТНК, мы все больше приближаемся к Греции, отдаляясь от перспектив Германии и Нидерландов.

7-8Юрий ШЕВЦОВ:

— Евразийская интеграция после начала украинского конфликта столкнулась с концептуальным кризисом. Когда взаимодействие стран-участниц только начиналось, особенно когда создавался Таможенный союз, была выдвинута эффективная концепция интеграции. И Лукашенко, и Назарбаев, и Путин своими словами описали евразийскую интеграцию как создание сообщества, которое усилит конкурентоспособность наших стран на мировом рынке.

После начала украинского кризиса Россия столкнулась с санкциями и последствиями разрыва отношений с Украиной. Это создало необходимость новых больших концептов. Я полагаю, что наши президенты в ближайшее время сформулируют их.

Я бы предложил следующие возможные концепты для обсуждения. Фактором, который надо учесть, может стать новая роль Беларуси для России и для ЕАЭС. И здесь я бы оттолкнулся от проблемы военно-промышленного комплекса. В Беларусь с визитом приезжал Дмитрий Рогозин, председатель коллегии Военно-промышленной комиссии РФ. И с его слов, наша страна должна будет играть для России в этой сфере ту роль, которую раньше занимала Украина. И если это будет реализовано, то количество белорусского ВПК возрастет в 2 раза.

С геополитической точки зрения это значит, что если сегодня Беларусь можно рассматривать как некое предполье по отношению к России, то после увеличения ВПК нам придется менять эту концепцию. Мы уже станем частью ядра российской экономики. И если мы уже часть экономики России, то и вокруг нас будут формироваться другие предполья. Ими могут стать Литва, Латвия, Польша. Таким образом, Беларусь возьмет на себя больше функций по защите общих интересов, будет уменьшать степень конфликтности между Россией и Западом и втягивать их в свою экономическую орбиту. И, кроме того, в связи с развитием ЕАЭС Беларусь сможет претендовать на роль регионального лидера среди стран Восточной Европы. И это не будет противодействием ближайшей соседке, а скорее содействием в связке с ней.

Надежда ЮШКЕВИЧ,

Вероника ПУСТОВИТ.

http://zviazda.by/2015/04/78357.html
Яндекс.Метрика